"Всех хачей нужно выслать в резервацию", - говорит В. и моргает. Когда он так смотрит, кажется, что тебе в глаза вкручивают шурупы крестовой отверткой, или будто стоишь в конце тоннеля, откуда на тебя мчится скорый поезд: "В резервацию выслать. Всех", - и моргает.

У Л. русые волосы и светлые глаза. Она любит мюзиклы, мужа и сына. Л. делится со мной: "Сейчас читаю «Двести лет вместе» Солженицына, он так сложно пишет, и я половину не понимаю, но только всё-таки эти евреи такие сволочи! Вы, надеюсь, не еврей?" - спрашивает. И моргает.

Зачитался в метро и проехал свою остановку. Подъезжая к следующей и уже приготовившись выходить, замечаю в вагоне троих парней, надеваюших на лица респираторные маски, как у медсестер. Я как раз схожу на платформу, когда двое из них, моргая, кидаются на сидящего в вагоне молодого узбека и начинают его избивать. А третий снимает на видеокамеру. Все происходит за полминуты, пока голос диктора объявляет следующую остановку, в последний момент они выбегают из поезда и на эскалатор. Конечно, никто не пытается их остановить.

А сейчас целая группа иностранных студентов моей мамы уезжает домой, после того как меньше чем за неделю одного их товарища убили, 20 ножевых ранений, а другой студентке из Кореи на улице плеснули в лицо кислотой.

Это происходит не где-то на другой фашистской планете в параллельном времени, а сейчас, совсем рядом с моим домом.